У каждого в жизни есть памятные даты, заставляющие через десятилетия вспоминать о них, чему-то радоваться и удивляться. Для К.Радова такой датой стала подготовка и проведение Первого Всемирного конгресса ученых-палеонтологов в 1972 году на месте памятника природы – «Обнажение етулийских глин». Наверное не сложно догадаться, что объект был выбран не случайно, он больше всего отвечал целям конгресса и был на пути очень многих его участников.

О сути самого конгресса трудно что-либо говорить, потому что это область деятельности специалистов, изучающих растительный и животный мир, сохранившихся в виде ископаемых отпечатков растений и животных, отпечатков и следов их жизни в геологическом прошлом.

На этом всемирном мероприятии мне досталась ноша, скажу, многоликого Януса. Входил я в группу встречающих в роли официального лица, переводчика у славянских групп ученых и журналиста. Сегодня только можно себе представить, что по утвержденному маршруту в район прибыло несколько тысяч человек из сотен стран мира. Их сопровождал специальный эскорт охраны Союза. У каждого участника, помимо того, были свои сопровождающие – корреспонденты, телевизионщики, секретари-ассистенты и прочие. У всех на груди красовались специальные знаки участника конгресса, и каждый из них вкладывал в это научное мероприятие великую для себя значимость. В ходе общения, многие участники с уважением говорили о местных жителях, видя в сохранившемся памятнике природы и их причастность, хотя мы доподлинно знали, сколько усилий потребовалось, чтобы местные жители поняли, что у них находится не овраг, а памятник природы.
Врезался в памяти и такой исключительный эпизод. Когда после оглашения из каких стран и сколько представителей прибыло, какие задачи стоят перед участниками, после поздравлений и намерений, готовы были начать спускаться в разрез, как вдруг, где-то метров за сто от митингующих, остановилась иномарка, украшенная флажками, и из нее стали выходить приехавшие. Двое молодых людей быстро заняли отработанную заранее позицию и буквально вынесли человека из машины. Тут же по всему периметру разреза стали раздаваться приветствия, аплодисменты. Многие произносили фамилию, ученые звания приехавшего, другие повторяли что-то непонятное, из которого можно было разобрать только: «Австралия»! «Австралия»! В то же время навстречу приехавшим, отталкивая стоявших, понеслись киношники и корреспонденты. Вслед за ними с достоинством зашагали порядка двадцати ученых, очевидно лично знавших гостя. В общем, происходило что-то невообразимое и непонятное. Но все стало на свои места уже через несколько минут, когда все увидели белого, как лунь, старца, осторожно и медленно передвигавшего ноги, в сопровождении молодых мужчин и женщин. Им оказался выдающийся ученый по тематике конгресса… из затерянном в мире континенте – Австралии(!), о котором у большинства из нас было весьма скромное представление, как о континенте пустынь и потешных кенгуру.
Долгожданному гостю, как потом узнали, было… за 90, поэтому молодые люди очень деликатно помогали ему уверенно держаться на неровностях. А затем, они же, на специально сшитом холсте, буквально внесли ученого до основания разреза. Здесь их ждала другая смена и она стала выносить ученого, по какой-то схеме, к уже подготовленному месту на противоположном склоне. А его ученым-секретарям, молодым женщинам, пришлось самостоятельно взбираться, неся с собой большое число пронумерованных мешочков для сбора и систематизации образцов находок.Mbr> Доставив ученого до подготовленного места, юноши тут же стали выполнять его указания и подавать секретарям образцы находок. Те, в свою очередь, укладывали их в разные мешочки и под диктовку что-то записывали в журналы. И так работа продолжалась несколько часов!
Этот эпизод я привел ради того, чтобы каждый из нас лучше осмыслил и понял, что значит для ученого и науки тот или иной памятник природы, объект исследования. В каком возрасте и в какую даль они готовы отправиться, ради науки! Поэтому никакие отговорки, типа: «Большое дело, овраг! Отнес и высыпал мусор». Как раз и дело-то большое, непоправимое! И об этом хорошо знают люди со специальными знаниями. Потому государство такие места объявляет заповедными, охраняемыми. А значит, к ним надо относиться, как предписывает закон.
Судьба нас щедро наделила и другими памятниками – истории и природы, фауны и флоры. Но мы, вместо гордости и заботы о них, проявляем безжалостность и безразличие. Очень часто забываем, что любые памятники, не имеет значение, какие они (на то и памятники!) дарованы не лично нам. Мы всего лишь преходящее, а памятники должны служить сотням и сотням поколений.
Безответственность и наплевательское отношение ко всему, что нам досталось от прошлых поколений, привели к тому, что охраняемые законом объекты стали никчемными. Вылитые из металла знаки, характеризующие объекты, раскурочены и растасканы. Безвозвратно потеряно место раскопок редчайшей человеческой культуры – культуры Гумельница. На стадии уничтожения Нижний Траянов вал, отдельные участки которого еще сохранились на территории района, в частности, между балками Бозулуй и Флэмында. А ведь они являются природной лабораторией для ученых в изучении всего комплекса природных ландшафтов далекого прошлого. Наверное, чтобы остановить процесс полного уничтожения охраняемых законом объектов, давно пришла пора не только простого вмешательства государственных структур, а проведение основательной экспертизы состояния этих объектов на территории района, восстановления соответствующих знаков и запрет какой бы то ни было хозяйственной деятельности на охраняемых законом заповедных местах.
Чиновники тоже должны нести ответственность за самовольство.

К. РАДОВ